Когда в 2003 году вышла Need for Speed: Underground, среди всех персонажей особое место заняла Мелани — девушка, которая появлялась в кат-сценах рядом с японскими тюнингованными машинами и задавала тон всей уличной эстетике игры. Тогда мало кто задумывался, почему именно определённые автомобили попадали в «женские» сцены, а какие — нет. Между тем этот выбор был далеко не случайным и почти зеркально отражал то, что происходило в реальной автоиндустрии.
Серия NFS существует с 1994 года, и за эти три десятилетия в ней сменилось несколько концептуально разных эпох. Каждая из них по-своему решала вопрос «женских» машин — иногда осознанно, иногда по инерции маркетинговых шаблонов. Это не история феминизма в видеоиграх. Это история о том, как производители автомобилей десятилетиями формировали образы своих продуктов, а разработчики игр просто транслировали эти образы дальше — миллионам игроков по всему миру.
В этом материале мы пройдёмся по конкретным машинам и конкретным играм, разберём реальные характеристики автомобилей и попробуем понять, почему Toyota Celica в 2003 году воспринималась иначе, чем Lamborghini Murciélago, — и что это говорит не столько об играх, сколько о нас самих.
Эпоха Need for Speed: Underground — японские купе и женская аудитория
Need for Speed: Underground вышла в ноябре 2003 года и немедленно стала культовой. Вместе с ней серия сделала резкий поворот в сторону японской уличной культуры — тюнинг, неон, виниловые обёртки. В стартовом ростере было 20 автомобилей, и среди них несколько моделей устойчиво ассоциировались с женскими образами — как в самой игре, так и в рекламных материалах.
Toyota Celica GT-S (2000–2005)
Celica седьмого поколения — пожалуй, самый характерный пример. В реальной жизни Toyota позиционировала её именно как «автомобиль для молодых женщин»: компактная, стильная, с агрессивными фарами, но при этом абсолютно нетипичная для мужской гоночной субкультуры. Двигатель 1ZZ-FE объёмом 1,8 литра выдавал 140 лошадиных сил в базовой версии, а топовый вариант с мотором 2ZZ-GE — 190 л.с. Разгон до 100 км/ч занимал около 7,5 секунды. Это был хороший, сбалансированный автомобиль — но не монстр.
В Underground Celica фигурировала в нескольких сценах рядом с женскими персонажами, и это прямо воспроизводило маркетинговые брошюры Toyota того времени. Компания открыто таргетировала Celica на женщин от 18 до 30 лет — с яркими цветами кузова, интерьером с закруглёнными линиями и рекламными кампаниями, где за рулём почти всегда сидела девушка. Игра просто взяла этот образ готовым.
Mitsubishi Eclipse и Honda Civic — двойная история
Ситуация с Eclipse и Civic интереснее. Оба автомобиля в реальной жизни имели смешанную аудиторию, однако рекламные отделы Mitsubishi и Honda в разные годы активно использовали женские образы. Eclipse третьего поколения (1999–2005) с двигателем 4G64 объёмом 2,4 литра и 147 л.с. в базе продавался как «стильный, но доступный спорт». Honda Civic шестого и седьмого поколений — как «надёжный выбор». В Underground оба автомобиля доступны с самого начала, оба имеют умеренные характеристики и оба фигурируют в контексте, который задаёт игра как «входной» уровень. Это опять же прямая калька с реального рынка: женщинам предлагали начинать с малого.
Подробнее о том, как тюнинг менял восприятие этих машин в игре и в жизни, мы писали отдельно.
Need for Speed: Most Wanted 2005 — сдвиг в сторону мощи и новая роль женщин
К 2005 году серия снова изменилась. Most Wanted перенесла действие в вымышленный Роквпорт и переключилась с японского тюнинга на мышечные машины и европейские суперкары. Женские персонажи никуда не делись — Мия Тауэрс стала одним из ключевых действующих лиц сюжета. Но посмотрите, на каких машинах она ездит и с какими авто ассоциируется по ходу игры.
Mazda RX-8 и Ford Mustang GT — переходный момент
Мия появляется в нескольких сценах рядом с Mazda RX-8 — автомобилем, который в середине 2000-х занимал любопытную нишу. Роторный двигатель Renesis объёмом 1,3 литра (но с рабочим принципом, дающим эквивалент около 2,6 литра по традиционным меркам) выдавал 231 л.с. при 8500 об/мин. Это была машина для знающих людей — не дешёвая, не примитивная, требующая понимания специфики роторного мотора. И в то же время Mazda в своих рекламных материалах не избегала женской аудитории — RX-8 позиционировалась как «четырёхдверное купе для взрослых».
Параллельно Most Wanted давала игрокам Ford Mustang GT с двигателем 4.6L V8 мощностью 300 л.с. Это уже другая история — американский маслкар, который традиционно считался «мужским» автомобилем. Mustang в рекламе Ford с 1960-х годов эксплуатировал образ свободы и мощи, и женщины в этих роликах если и появлялись, то как пассажирки или восхищённые зрительницы. В Most Wanted этот стереотип воспроизведён точно: главный герой-мужчина ездит на Mustang и BMW M3 GTR, женский персонаж появляется рядом с более «утончёнными» машинами.
BMW M3 GTR и недостижимый идеал
BMW M3 GTR E46 в версии для гонок Le Mans — машина, которая стала символом всей игры. 4,0-литровый атмосферный V8 мощностью 450 л.с., разработанный специально для гоночной версии. В серийном производстве таких машин было выпущено всего около 10 штук для омологации. В Most Wanted эта машина — финальный приз, вершина, к которой ведёт весь сюжет. И она намеренно помещена в «мужское» пространство: мальчишник, погони, противостояние с копами. Мия к этому автомобилю не прикасается.
Это не случайность — это точная копия того, как BMW позиционировал M-серию в 2000-х: как автомобили для серьёзных водителей, и серьёзный водитель в этой концепции по умолчанию мужчина.
Need for Speed: Carbon — Canyon Racing и первые признаки перемен
Carbon вышла в октябре 2006 года и принесла с собой новый игровой элемент — напарников. Среди них впервые появились полноценные женские персонажи, которые не просто стояли на обочине, а ехали рядом в реальных гонках. Это был маленький, но важный шаг. Однако машины, которые игра закрепляла за этими персонажами, снова говорили о многом.
Mazda MX-5 и Nissan 350Z — две разные истории
Mazda MX-5 (третье поколение, NC, 2005–2014) с двигателем 2.0 MZR мощностью 160 л.с. — классический «родстер для удовольствия». Небольшой, лёгкий, с задним приводом и прекрасной балансировкой. В реальности MX-5 имеет едва ли не самую широкую гендерную аудиторию среди спорткаров — по статистике продаж Mazda середины 2000-х, около 35% покупателей MX-5 в Европе составляли женщины. Тем не менее в Carbon машина используется как «начальная» и воспринимается как менее серьёзная по сравнению с Dodge Charger или Chevrolet Corvette Z06.
Nissan 350Z (Z33, 2002–2009) — совсем другое дело. Двигатель VQ35DE объёмом 3,5 литра, 287 л.с. в базе и до 300 л.с. в версии Track. Это уже настоящий спортивный автомобиль с жёсткой подвеской и характером. В Carbon 350Z фигурирует в более серьёзных гоночных контекстах, и хотя женские персонажи-напарники ездят в том числе на нём, машина воспринимается как «нейтральная» — ни явно мужская, ни явно женская. И это само по себе интересный сдвиг по сравнению с Underground.
Автомобили «боссов» и гендерная иерархия
В Carbon есть три фракции боссов: Дариус, Кел Митчи и Анджи. Анджи — единственный женский босс в игре, и она возглавляет команду Bushido, специализирующуюся на японских автомобилях. Её машина — Mazda RX-7 FD3S с роторным двигателем 13B-REW, в стандарте выдающим 255 л.с. при 6500 об/мин. RX-7 — культовый автомобиль, без сомнений. Но символично, что женщина-босс получает японский спорткар, а не американский маслкар или европейский суперкар. Дариус ездит на Koenigsegg CCX — машине с двигателем Ford V8 объёмом 4,7 литра, дающим около 806 л.с. Разница в позиционировании очевидна.
Если вас интересует история NFS в разрезе эволюции персонажей — у нас есть отдельный материал по этой теме.
Эпоха Shift и Rivals — когда пол перестал иметь значение (почти)
Need for Speed: Shift (2009) и последующие части серии в духе симулятора сделали неожиданную вещь: они убрали нарративных персонажей почти полностью. Игрок — просто гонщик, машины выбираются по характеристикам, а не по сюжетным ассоциациям. Это освободило автомобили от гендерной нагрузки — по крайней мере, в рамках самой игры.
Porsche 911 GT3 RS и Lamborghini — суперкары без прилагательных
В Shift одинаково доступны и Porsche 911 GT3 RS (997) с атмосферным 3,8-литровым оппозитным шестицилиндровым двигателем мощностью 415 л.с., и Lamborghini Gallardo LP 560-4 с 5,2-литровым V10 и 560 л.с. Эти машины не принадлежат никакому персонажу — они просто есть. И это, как ни странно, более честная картина, чем то, что делали Underground или Carbon.
В реальности и Porsche, и Lamborghini к концу 2000-х начали активнее работать с женской аудиторией. Porsche запустил программу «Porsche Women's Driving Experience» в 2007 году. Lamborghini в рекламных кампаниях Gallardo всё чаще показывал женщин за рулём, а не рядом с машиной. Shift, пусть и ненамеренно, отразил этот сдвиг.
Need for Speed: Rivals (2013) и система напарников
В Rivals появилась возможность создать собственного персонажа — и, формально, выбрать пол. Это первый случай в истории серии, когда игра прямо спрашивала об этом. Однако набор машин для гонщиков и полицейских одинаков вне зависимости от пола персонажа. Ferrari F12berlinetta с 6,3-литровым атмосферным V12 мощностью 730 л.с. одинаково доступна всем. Это, конечно, технический прогресс — но и он не лишён иронии: сама необходимость «выбирать пол» персонажа говорит о том, что разработчики всё ещё воспринимали это как важную характеристику.
Need for Speed 2015 и современная эпоха — стереотипы никуда не делись
Перезапуск серии в 2015 году вернул нарративных персонажей и уличную культуру. Пятеро наставников главного героя — реальные люди из тюнинг-сцены: Дэнг Ван Вьет, Накамура Акира, Магнус Уокер, Кен Блок и Рус Тейлор. Среди пяти наставников — одна женщина, Рус Тейлор, специализирующаяся на дрифте.
Nissan 370Z и дрифт-культура
Рус Тейлор ассоциируется в игре с Nissan 370Z (Z34, 2009–2021) — автомобилем с двигателем VQ37VHR объёмом 3,7 литра и мощностью 328 л.с. в стандарте. Это мощная, хвостастая машина, и дрифт на ней — занятие требовательное. В реальности Рус Тейлор действительно известный дрифтер, и её выбор в качестве персонажа не выглядит искусственным. Но всё равно интересно: из пяти наставников единственная женщина отвечает за наиболее «зрелищное» и наименее «серьёзное» направление — дрифт, который в гоночном мире традиционно воспринимается как шоу, а не как спорт.
Магнус Уокер и Кен Блок в том же 2015 году ассоциировались с Porsche и Ford Mustang соответственно. Mustang RTR Блока — 700-сильный монстр на базе V8 5.0 Coyote с форсировкой. Это снова та же иерархия: женщина получает «красивую» часть, мужчины — «серьёзную».
Need for Speed: Heat (2019) — тихая революция
Heat, вышедшая в ноябре 2019 года, сделала нечто важное почти незаметно. Среди персонажей сюжета — Луиза Торрес, одна из ключевых фигур гоночного подполья Палм-Сити. Она ездит на Ferrari 488 GTB — автомобиле с 3,9-литровым турбированным V8 мощностью 660 л.с. Разгон до 100 км/ч — 3 секунды. Это не «мягкий» японский купе и не машина «для начинающих». Это суперкар в полном смысле слова, и женский персонаж получает его без всяких оговорок.
Это маленький, но реальный сдвиг — и он снова отражает то, что происходит в автоиндустрии. Ferrari к концу 2010-х годов официально заявляла, что доля женщин среди покупателей их автомобилей выросла до 10–12% — немного, но заметно по сравнению с 3–4% в начале 2000-х. Ламборгини давала похожие цифры. Рынок менялся, и игры менялись вместе с ним.
Если хотите собрать правильную машину под стиль персонажей из Heat — загляните в наш раздел гайды, там есть подробные билды.
Что за этим стоит: автоиндустрия как зеркало
Всё, о чём говорилось выше, — не претензия к разработчикам NFS. Black Box, Criterion, Ghost Games работали с теми образами, которые уже существовали в культуре. Toyota продавала Celica девушкам, Porsche — мужчинам. Ferrari была мужской мечтой, MX-5 — «женским родстером». Игры просто брали эти готовые конструкции и встраивали их в нарратив.
Проблема — если это вообще проблема — не в том, что разработчики были сексистами. Проблема в том, что они были честными. Они точно воспроизводили реальность рынка. А реальность рынка говорила: спортивные автомобили — мужская территория, и чем мощнее машина, тем она «мужественнее». Toyota Celica с 140 л.с. — для девушек. Koenigsegg с 800 л.с. — для серьёзных парней.
К концу 2010-х эта система начала разрушаться — и в автоиндустрии, и в играх. Электрификация размыла традиционные границы: Tesla Model S Plaid с мгновенным крутящим моментом и 1020 л.с. не имеет «пола» в маркетинге. Porsche Taycan активно продаётся женской аудитории. В играх — Need for Speed Heat и последующие части — женские персонажи наконец получили суперкары без извинительных оговорок.
Но путь к этому занял двадцать лет. И если проследить его через ростеры машин в разных частях NFS — он виден очень отчётливо. Серия никогда не была просто набором красивых автомобилей. Она была документом своего времени — в том числе в том, кому какая машина «полагалась» по правилам культуры, которую никто специально не создавал, но все исполняли. Это делает уличные гонки в NFS интересным материалом не только для геймеров, но и для тех, кто хочет понять, как менялось общество вокруг руля.
